Московский Центр Карнеги
Наши новые чиновники от культуры сегодня так тревожно вслушиваются и вглядываются в искусство, потому что оно по большей части разговаривает на совершенно иностранном для них языке. И пока это так, им всегда будет казаться, что их (или еще кого повыше) ругают. А главным их чувством при встрече с прекрасным будет оставаться страх
Московский Центр Карнеги провел презентацию доклада Александра Баунова «Хождение в народ и обратно. Российская власть между профессионалами и энтузиастами».
Уроки распада от Висконти еще никто не отменял, и, если помнить о них, есть шанс не стать актерами в пародии на гибель висконтиевских богов.
Нового замглавы президентской администрации Сергея Кириенко часто называют технократом, который будет управлять уже налаженной политической системой. Однако Кириенко нельзя назвать исполнителем чужой воли без собственных убеждений. Он последователь идей философа Щедровицкого. Участники этого кружка нацелены на изменение реальности вокруг себя и уверены в том, что общество можно программировать
Андрей Колесников в программе «Лицом к событию» говорит о "Валдайском клубе" как рекламе договороспособности РФ.
Точно так же, как дрессировщики обращаются со зверями, политическое начальство обращается с представителями творческих профессий, особенно если за ними стоят культурные учреждения.
Главный редактор Carnegie.ru Александр Баунов в эфире Эха Москвы говорит о выборах в США, ситуации в Сирии и о памятниках Ивану Грозному и князю Владимиру.
Почувствовав опасность, российское руководство, похоже, передумало широко использовать те формы отношений со сторонниками, которые, казалось, обещали ему большую и более искреннюю поддержку, а обществу — более оживленную политическую среду.
Московский Центр Карнеги в рамках программы «Российская внутренняя политика и политические институты» организовал семинар, посвященный 25-летию либеральных реформ в России.
По всем признакам Борис Джонсон — народный министр, а британское правительство — народное правительство, на недостаток которых в западной политике слышны жалобы из России. Однако поверхностная общность языка и некоторого количества традиционных ценностей не гарантирует политического союзничества.