Московский Центр Карнеги
Хотя Трамп вывел США из Транстихоокеанского партнерства, сделка не развалилась и получила вторую жизнь. Япония, Чили и Новая Зеландия оказались настолько заинтересованы в соглашении, что смогли и без Вашингтона собрать остальных 11 его участников и согласовать новый, более гибкий вариант ТТП, ожидая, что после ухода Трампа из Белого дома к нему может присоединиться и Америка
Объясняя отставку Тиллерсона, Дональд Трамп сказал: «Я приближаюсь к тому, чтобы получить кабинет… который я хочу». Судя по всему, главной отличительной чертой этого кабинета станет однозначное согласие с курсом президента. В результате действия США на международной арене могут избавиться от внутренней несогласованности, но, скорее всего, станут еще более резкими и непредсказуемыми
Несмотря на общенациональную одержимость Россией, общественная дискуссия в США по российскому вопросу практически не продвигается. И чем глубже американское общество погружается в истерию, тем труднее будет продуктивно вести эту дискуссию.
Посттрамписткий постпорядок еще не превратился в новый порядок – в конце концов, чтобы собрать пазл, нужно иметь сочетаемые кусочки, а пока в наличии только фрагменты слишком разных картинок. Но фундаментально изменить мир Трамп не смог, как не оправдал надежд тех, кто откупоривал «шампанского бутылку» в российском парламенте.
При Трампе все три кризиса – политической системы США, ценностных ориентиров американского общества и внешней политики Вашингтона – продолжали развиваться, но в то же время обозначились пределы, в которых эти кризисы будут протекать.
Политика США в сфере поддержки демократии подвергается сейчас серьезному испытанию, но списывать Америку со счетов как одного из главных поборников демократии в мире было бы преждевременно.
Конкуренция с интернетом привела к закрытию небольших местных газет в глубинной Америке. От этого выиграли крупные газеты в мегаполисах. Но жители мегаполисов традиционно исповедуют либеральные ценности и поддерживают демократов. На этот запрос пресса больших городов и ориентируется. Ей нет дела ни до политических предпочтений, ни до проблем консервативной глубинной Америки. Отсюда и феномен Трампа, и исторически рекордное недоверие американского общества к собственным СМИ
Новое соглашение о создании зоны свободной торговли между Евросоюзом и Японией поднимает вопрос, возможна ли дальнейшая либерализация мировой торговли без руководящей роли Вашингтона. Может ли стратегическое партнерство ЕС и Японии, если к нему присоединятся другие страны, заменить Вашингтон или же побудить Америку вернуться в ряды борцов за открытый экономический порядок?
Символы Конфедерации и превосходства белых теперь станут и символами трампизма. Если раньше республиканцы-центристы еще могли убеждать себя в том, что новый лидер их партии способен принести пользу Америке, бросив вызов дискурсу «политкорректности», то теперь им придется еще отчаяннее отстраняться от ультраправых, которых Трамп фактически поддержал своими уклончивыми высказываниями и эмоциональными твитами
После избрания Трампа памятники конфедератам стали означать не последний рубеж обороны, а реванш, контрнаступление противников равноправия. Единственный в своем роде способ завершения американской Гражданской войны состоял в том, что защитники рабства сохраняли – за счет бывших рабов – право на монументальную память и местную идентичность именно в качестве побежденных. Но после избрания Трампа, превратившись в глазах большой части США в победителей и реваншистов, они это право утратили