Московский Центр Карнеги
Пока государственный бюджет не исчерпан, а пенсии выплачиваются, тягучая кризисная ситуация, наблюдаемая сегодня в России, может длиться довольно долго. Но как долго — неясно.
Путин явно готовится продлить свои полномочия на президентских выборах 2018 года, но его путь к переизбранию может оказаться тернистым. Невзирая на астрономически высокие рейтинги, он выглядит все более уязвимым. Власть смогла превратить Россию в осажденную крепость, но это обернулись заточением в крепости ее главного архитектора.
Появление российских военных в Сирии только усилит напряженность между Москвой и Западом: такая акция РФ будет рассматриваться не как вклад в борьбу с ИГ (запрещено в РФ), а в первую очередь как поддержка Асада. Непосредственное же вступление в войну может восстановить против России и местное общество.
Каковы стратегические перспективы существующего политического режима в контексте фактически начавшейся предвыборной кампании?
Неуважительное отношение к азиатским инвесторам, намеревавшимся посетить Восточный экономический форум во Владивостоке, вряд ли улучшит имидж дальневосточного региона в глазах крупных инвесторов — и, возможно, просто отпугнет инвесторов меньшего масштаба.
Чем хуже ситуация в экономике и чем слабее действует на народ «анестезия» Крыма, тем больше у власти агрессии; тем чаще власти приходится говорить с россиянами не языком умиротворяющих символов, а на диалекте репрессий.
Совместный поход в спортзал – это безусловно политическая спецоперация, продуманный набор сигналов для элиты и общества. И примечателен он прежде всего тем, что никак не вписывается в ту политическую реальность, которая формировалась в России на протяжении последних четырех лет
Новое сплочение тандема Путина и Медведева — это никакой не тандем, а использование образа тандема. По-прежнему есть только вертикаль и абсолютно авторитарный механизм управления с полным отсутствием перспектив либерализации. Просто сейчас понадобилось показать единство власти и ее силу, и Путин, за неимением иного, предъявляет старую технологию.
Акцент на приобретении недвижимости как способе бегства от кризиса объясняет психологию российских финансово-политических элит: они судят об обычном народе по самим себе.
Люди очнутся и трезво оценят реальность, когда мы наконец дойдем до дна — когда долгая экономическая рецессия сойдется в одной точке с долгой депрессией настроений. Пока мы еще не нащупали это дно, поскольку текущий кризис растянут во времени: у людей уже утрачена чувствительность, они привыкли к понижению нормы, а власть по-прежнему воспринимают как руку дающую.