Московский Центр Карнеги
Если новый договор не будет подписан, придется продлить действующий Договор по СНВ на пять лет с осторожной надеждой на то, что время будет способствовать пробуждению разума.
Заключение нового договора СНВ было бы наилучшим вариантом. Однако если это невозможно, имеет смысл продлить Пражский договор.
Повестка дня сегодня изменилась кардинально: на первый план вышли вопросы Сирии, международного терроризма, противостояния России и НАТО в Европе. А вопросы сокращения и нераспространения ядерного оружия, предотвращения военных конфликтов и ядерной войны отошли на задний план. Это вызывает беспокойство.
Если окажется, что Путин действительно дал команду провести спецоперацию, чтобы упрочить позиции Трампа, в России это останется новостью одного дня. И вызовет одобрение – понравятся и ловкость Путина, и последствия этой ловкости: думается, что российский избиратель в большинстве своем с удовольствием проголосовал бы за политика трампистского типа
Европа будет терпеть до последнего, удерживать Турцию как союзника, члена НАТО и кандидата в члены ЕС, пока это возможно, понижая стандарты и требования. Это еще и повод для российской стороны выдвинуть претензии к «двойным стандартам».
В эфире программы «Полный Альбац» Алексей Арбатов обсуждает саммит НАТО, что за решения были приняты в Варшаве, почему и каким будет ответ Москвы.
Продление договора СНВ, которое предлагает Обама, — это частичные меры, хотя это меры крупные. Главная цель Обамы — связать руки следующей администрации.
Размещение четырех тысяч военнослужащих НАТО в странах Балтии и Польше — это символический жест, который никакой угрозы для России не представляет.
Сегодня Россия оказалась впервые за всю историю в ситуации, когда она может планировать будущее не как важная часть или центр какой-то интегративной схемы, а как национальное государство. Это очень неплохо, поскольку как национальное государство она может действовать более успешно.
Без всякого российского давления многие страны на восточном фланге НАТО ненадежны, не доверяют друг другу и накопили кучу обид на Запад. Иногда этих обид становится так много, что даже общий для Восточной Европы страх перед российской угрозой не может их перевесить