Московский Центр Карнеги
Все иностранные фильмы, претендовавшие на «Оскар», в том числе российский «Левиафан», посвящены препарированию национальных грехов и «скелетов в шкафу». Однако только у нас, в отличие от Польши и Грузии с их фильмами, попытка хотя бы просто показать действительность такой, какая она есть, считается «антипатриотизмом».
В ходе нынешнего украинского кризиса действия Путина во многом носят импровизированный характер. Это значит, что кризис еще страшнее, чем кажется: Путин «сочиняет» его на ходу.
Несмотря на перемирие, вокруг Дебальцево идут бои, поскольку в Минских соглашениях ничего не сказано конкретно о Дебальцево и о выстраивании нормальной уточненной линии соприкосновения. Зато после Дебальцево ополченцы вряд ли двинутся куда-то еще, поскольку они все-таки зависят от РФ, а после Минска Россия не будет открыто бросать всем прямой вызов.
В Кремле понимают, чего на самом деле стоят дружеские жесты Орбана, но вынуждены переплачивать за любые проявления симпатии со стороны европейских лидеров в надежде, что в будущем число пророссийских стран в ЕС может расшириться.
Война вынесла наверх маленьких людей — ныне полевых командиров, управляющих донбасскими квазигосударствами. Они фигурируют в топах международных новостей и ощущают себя фигурами поистине мирового масштаба. Но когда полевой командир захочет стать настоящим дипломатом и «отцом нации», его карьера «повелителя мирового хаоса» закончится.
Чувство внешней угрозы делает врагов похожими. Закручивание гаек и милитаризм деформируют общество независимо от того, на чьей стороне больше правды и кто начал первым. Поэтому у Украины начинают проступать черты путинской России.
Украинский кризис стал началом нового периода в мировой политике. Россия открыто, а Китай — завуалированно бросают вызов мировому порядку во главе с США. И в самой стабильной части планеты — в Европе — в обозримом будущем тоже не будет единого порядка, то есть общей системы безопасности, общих норм и правил.
Если на Украине появится американское оружие, конфликт России и США будет выведен на новую ступень эскалации. Стороны будут повышать ставки, и рано или поздно одна из них может решиться на применение ядерного оружия. Чтобы не допустить наихудшего сценария, Путину и Обаме нужно срочно начать прямой диалог.
Правильной стратегией Запада будет обусловить помощь Украине не войной, а миром. Пока слышны голоса «Поможем, если будет война», она будет. Поэтому предложение, от которого нельзя отказаться, должно звучать так: «Поможем, если будет тихо».
Минское соглашение о прекращении огня закладывает политический фундамент мира в Украине. Тем не менее не все вопросы были рассмотрены и урегулированы. Кроме того, перемирие, может быть, наступило слишком поздно, и для воюющих сторон этого, вероятно, мало: в таком случае теперь их устраивает только победа.