Московский Центр Карнеги
Российская внешняя политика реализуется преимущественно на тактическом уровне, но стратегия в ней отсутствует (в частности, у РФ нет стратегии в отношении США); также она содержит очевидные противоречия. Россия может стать важным игроком на мировой арене, но ей не стоит пытаться быть наравне с США или Китаем.
Путин вернулся в Кремль, но Россия стала совершенно другой. Прежний путинский консенсус между властью и обществом развалился. Чтобы сохранить власть, Путин будет продолжать опираться на репрессивные механизмы — в противном случае он не сможет удержать поток недовольства — и «подкармливать» бюджетников.
Создание в Госдуме совета по противодействию «цветным революциям» — пустая декларация тех, кто полагает, что угрозой стабильности являются действия извне. Вместо этого Думе надо бы серьезно заняться тем, как Россия ведет себя и как выглядит в странах СНГ, поскольку аналитической работы по странам СНГ, и по Украине в частности, сейчас не ведется в принципе.
Пророссийская внешнеполитическая ориентация Южной Осетии, Абхазии и Приднестровья не подвергается сомнению, но эти территории не приемлют вмешательства Москвы в их внутренние дела, что доказали, в частности, выборы в Южной Осетии. Москве нужно перестать навязывать своих ставленников и без того пророссийскому населению и сосредоточиться на урегулировании застарелых конфликтов.
Александр Герцен был первым российским антиимперским политиком и философом, который понял, что стержень российского самодержавия — прежде всего имперскость. Ее до сих пор не могут преодолеть даже российские либералы. Но, возможно, новому поколению россиян, не имеющему гена страха, удастся стать тем свободным поколением, о котором мечтал Герцен, и тогда Россия состоится как европейская страна.
Сегодняшняя РФ не обладает имперским ресурсным потенциалом; она имеет возможности для интеграции с постсоветскими странами, но только на экономической основе, и не может строить новый политический союз с ними. Но такая ситуация — шанс для России: надо заниматься собственным развитием, а не стремиться доминировать в мире.
Политический кризис в Молдове завершился: страна избрала президента — Николая Тимофти. Этот выбор подтвердил, что для преодоления неконституционного безвластия требовалось соблюдение двух условий: 1) политики должны быть поставлены перед фактом, что они обязаны договориться, 2) кандидатуру нового президента следовало искать за пределами актуальной политической элиты.
В настоящее время наблюдается некоторое замедление европейской интеграции Украины. В отношениях Украины и России прогресс также отсутствует.
Результаты президентских выборов еще долго будут оказывать влияние на настроения в российском обществе, поскольку значительная часть населения сомневается в легитимности итогов голосования. Это будет способствовать усилению общественных и политических движений в России.
Россия уже не империя и не будет империей; интеграционные процессы на постсоветском пространстве уже диктуются не имперскими, а конкретными экономическими интересами. Но Россия пока еще находится на выходе из имперского периода. Продолжается и другое движение — по пути к демократии и к демократизации общества.