Московский Центр Карнеги
В советском дискурсе было больше бессодержательных одномерных и фанерных слов, чем собственно марксизма-ленинизма. Однако инфляция слов и девальвация понятий оказались не менее масштабными и сегодня.
В 2014 году обывателя призвали творить историю – то есть стать ее субъектом; но нельзя быть субъектом на внешнеполитическом контуре и при этом оставаться пассивным объектом по отношению к внутренним делам. Субъект жаждет цельности; он переносит навыки субъектности на внутриполитическую повестку
Хрущевки стоят в среднем 60 лет. Активные изменения климата начались в течение последних 20 лет. Что будет с нынешними новостройками еще через 20–30 лет, когда в полной мере дадут о себе знать залповые осадки, усиление ветров и другие последствия разбалансировки климата, вызванные глобальным потеплением?
Бренд «Путин», который в глазах многих стал синонимом бренду «Россия», лишь отягощается от связи с партией «Единая Россия», правительством, даже ОНФ. Ослабевший премьер — лишний груз для рейтинга.
Не начиная реформы, нынешний режим лишь следует за общественным мнением, одновременно, конечно, формируя его. С точки зрения нынешней власти, единственное, на что можно пойти, – это градуалистская ситуативная коррекция политики. В конце концов, чуть покачивая стоящий поезд, можно выдать стагнацию за изменения.
В России настало время «реконструкций». Мифологизации «славного» прошлого и привязки прежних достижений к нынешним победам. При том, что осада Пальмиры и Алеппо ничего общего не имеет со штурмом Берлина, реконструкция взятия Рейхстага прямо отсылает к сегодняшним военным успехам. Логика абсолютно спекулятивная, но она работает.
Выработка медийной стратегии и поиск нового, современного языка для общения с обществом свидетельствуют о важных переменах в Русской православной церкви. При этом взгляд церковного руководства на информационное поле остается архаичным и традиционным.
Власть исходила из собственных непроверенных представлений о жителях скромных московских домов и ошиблась. Многие сетовали, что новый транспорт и пешеходные улицы – это внешняя сторона, которая не живет без внутренней – сознательных граждан, способных создавать горизонтальные связи и объединяться для защиты своих интересов. Независимо от намерения властей теперь декорация оживает
Политический режим для самозащиты энергично переманивает на свою сторону молодежь. И готов максимально жестко бороться с теми молодыми людьми, которые способны думать и сомневаться.
Люди защищали и будут защищать свое частное пространство. И если в него все чаще будет вторгаться власть, собственники квартир могут постепенно перестать быть ресурсом поддержки этого политического режима. Ощущение себя гражданином удивительным образом рождается из защиты своей, возможно, убогой, но собственности.