Московский Центр Карнеги
Сейчас, когда избирательный сезон в обеих странах закончился, реформаторской решимости Берлина и Парижа и их взаимному доверию предстоит проверка реальностью. Для тех, кто следил за дебатами о евроинтеграции во Франции и Германии, очевидно, что лидеры в Берлине и Париже пользуются похожими концепциями – например, военное сотрудничество или консолидация еврозоны, - но вкладывают в них разный смысл
Следующие парламентские выборы в Германии будут куда более традиционными, чем нынешние. Социал-демократы против христианских демократов. Одни попытаются искать союза с Левой партией. Другие останутся верны Свободным демократам. Решающая акция окажется у Зеленых. Не будет там, скорее всего, только сильных, единых правых радикалов и Ангелы Меркель в качестве кандидата в канцлеры
Турецкая диаспора численностью 3-4 млн человек выглядит могучей электоральной силой в Германии, но реально голосовать из них сможет всего треть. В основном те, кто хорошо интегрирован в немецкое общество и скептически относится к турецкому режиму. Поэтому призывы Эрдогана не голосовать за врагов Турции рассчитаны прежде всего на тех, кто по-прежнему имеет турецкое гражданство и голосует на турецких выборах
Для реализации той глубинной трансформации Франции, о которой говорит Макрон, требуется ряд благоприятных условий, большинства из которых в стране нет. Нет доверия к элите, которую постоянно подозревают в своекорыстных замыслах. Нет понимания смысла реформ и их неотвратимости. Все время возникают сомнения в справедливости распределения того бремени, которое вынуждено нести общество из-за преобразований
От того, кто станет новым партнером Меркель по правящей коалиции, не приходится ожидать резкого изменения статус-кво в отношении России – ни в сторону отмены санкций, ни в сторону их ужесточения. Пока ХДС придерживается своего внешнеполитического курса и остается правящей партией, в зависимости от младшего партнера по коалиции она может предложить чуть больше или чуть меньше диалога с Россией, но не более того
Стараясь вести себя как можно более осторожно и предсказуемо, немецкие политические партии не выдвигают новых идей о роли страны в Европе и даже не пытаются обсуждать внутренние реформы
Каталонские власти уже несколько лет пытаются строить свое квазигосударство, делая вид, что Мадрид им не указ. И собственные силовики тут – важнейший элемент. Поэтому по материалам каталонских СМИ выходит, что практически всю контртеррористическую операцию в Барселоне провели именно «свои» полисмены
Проигрывает эти выборы не только Шульц – проигрывает их прежде всего Социал-демократическая партия. СДПГ угодила в ловушку: стоит ей радикализировать свои требования, и она рискует потерять свой новый ядерный электорат. Но в нынешнем состоянии она перестала прирастать теми немцами, кто чувствует социальную фрустрацию. Они уходят к «Альтернативе для Германии» и к Левой партии
Эммануэль Макрон изменил все в политическом классе Франции — что от него и ждали, но пока не изменил ничего в самой стране. Он парадоксальным образом тут же стал жертвой даже не завышенных ожиданий, а не всегда мотивированного скепсиса.
Становится все более вероятным, что Британия либо останется в ЕС, либо заключит альтернативное соглашение на условиях, мало отличающихся от полноценного членства