Московский Центр Карнеги
Рейтинги четырех ведущих кандидатов сблизились настолько, что любые прогнозы становятся неправдоподобными, особенно с учетом высокого уровня абсентеизма, новых политических водоразделов и ослабления классического конфликта между левыми и правыми. По подсчетам социологов, на этих выборах порог для выхода во второй тур снизится до 22%, а такой результат вполне достижим сразу для четырех кандидатов
Симпатизирующие Соцпартии избиратели не исчезли. Но из рационального расчета они голосуют за Макрона и Меланшона, потому что у тех больше шансов выйти во второй тур. А вслед за избирателями побежали и партийные нотабли, тем более что теперь появились новые левые структуры, готовые их принять
Макрон, выступающий за преодоление водораздела между левыми и правыми, предложил новую линию политического раскола: консерваторы против прогрессистов. Но в реальности правы те французские политологи, которые считают, что главное в макронизме не идеология, а динамизм и политическая воля, очень четкая и в то же время очень пластичная в своей способности соединять несоединяемое, смешивать идеи и традиции, имеющие разное происхождение
Влияние брекзита на настроения в Шотландии не так уж легко предвидеть. Большинство шотландцев хоть и проголосовали за то, чтобы остаться в Евросоюзе, но, глядя на масштаб проблем, возникающих из-за выхода Британии из ЕС, они могут куда крепче задуматься, во что обойдется разрыв многовекового, а не сорокалетнего союза, да еще и с общей валютой, госаппаратом, армией и даже королевой
Мейнстримные аналитики называют ультраправые партии, постоянно упирающие на проблему иммиграции, полупрезрительно «партиями одного вопроса». Зацикленными. Но как быть с тем, что именно этот вопрос стал чуть ли не единственным реально понятным избирателям и кажется чем-то выходящим за рамки привычного «шоу»?
Голландии нужен более прагматичный Евросоюз, а не сказки о федерализме. После брекзита в ЕС заговорили о более глубокой интеграции, но закон, по которому Нидерланды провели референдум об ассоциации с Украиной, может быть использован и для того, чтобы заблокировать новый союзный договор. Пока этот закон действует, голландские власти будут сопротивляться пересмотру базовых европейских соглашений
Протестное голосование за Марин Ле Пен (или, как говорят сами французы, воспитательное) при убежденности французского общества, что она не может быть избрана, повышает вероятность ее неожиданной победы. Слишком много избирателей ждут последней минуты, чтобы принять для себя решение – не пора ли преподать урок истеблишменту
Германии следует признать, что она как центральная европейская держава должна прилагать больше усилий ради безопасности и стабильности в мире. Прежде это бремя несли другие, что оказалось для Германии весьма выгодно. Но сегодня отказ от такого влияния равнозначен отказу от возможности поучаствовать в корректировке международного порядка с учетом ценностей и интересов Берлина
Новая Конституция окончательно развяжет руки Эрдогану, позволив ему завершить проект «Новая Турция», о котором он так часто говорит избирателям. Это будет другая страна: с одной стороны, более сильная политически, великодержавная, с масштабными амбициями на международной арене. С другой – более авторитарная и консервативная, антидемократическая и, возможно, со временем и вовсе не светская страна
Большая Футбольная Европа – это проекция на футбол брюссельской идеологии с ее гуманитарными ценностями и социалистическим регулированием. Это содружество слишком разновеликих субъектов, чтобы мечта о самой сильной футбольной лиге могла здесь победить. А то, что происходит с английской лигой сегодня, – это курс на самоопределение, куда более радикальный, чем Brexit