Московский Центр Карнеги
На сегодняшний день ситуация в арабском мире крайне разнообразна. Египет и Тунис движутся по пути к демократии, в то время как Ливия, Йемен и Сирия переживают глубокий кризис. «Арабская весна» повлияла и на палестинцев, потребовавших прекращения конфронтации ФАТХ и ХАМАС. При этом арабские восстания не оказали большого влияния на Иран.
В числе наиболее значимых военно-политических событий уходящего года — китайско-японский конфликт вокруг островов Сенкаку, новый Договор о СНВ, саммит НАТО в Лиссабоне. В наступающем году будут важны проблемы Афганистана, ситуация вокруг Ирана и особенно — положение дел на Корейском полуострове.
Опубликованные на WikiLeaks донесения американских дипломатов во многом совпадают с тем, что можно прочесть в газетах, и это говорит о высокой степени транспарентности внешней политики США. Сюрпризов нет и в отношении Ближнего Востока: например, и так известно, что Саудовская Аравия и Иран — соперники (однако Ахмадинежад теперь говорит, что это США пытаются их рассорить).
Если, изучая современный Иран и его политическое устройство, мы станем искать исторические аналогии, то, хотя ни одна такая аналогия не является идеальной, наиболее удачным будет сравнение Ирана с Советским Союзом.
Иранским умеренным прагматикам ядерное оружие нужно для безопасности и престижа, в то время как радикалы ставят самые решительные цели. Нужно укреплять позиции прагматиков: расширять экономические, культурные контакты с Ираном и продолжать искать дипломатическое решение ядерной проблемы. Запуск первой очереди Бушерской АЭС при участии России в санкциях ООН вполне укладывается в эту стратегию.
Ядерное оружие накапливалось не для сдерживания и сохранения мира, а для тотального сокрушения противника в случае войны. Если законсервировать современные ядерные потенциалы, то ЯО неминуемо попадет в руки безответственных режимов и террористов. Нужно последовательное и продуманное продвижение в сфере ядерного разоружения и ужесточение системы нераспространения.
Приоритеты российской внешней политики всё в большей мере отражают установку руководства страны на модернизацию экономики. Эта задача влияет на внешнеполитическую линию России по отношению к США, ЕС, Китаю и другим странам, на позицию РФ по иранскому вопросу. Ключом же к трансформации отношений России с Западом является сотрудничество по ПРО.
Россия проголосовала за ужесточение санкций против Ирана. Это стало возможным в результате перезагрузки американской внешней политики и налаживания взаимодействия России и США. Новая резолюция по Ирану — не подготовка к удару (силовой вариант еще не является неизбежным), а стремление принудить Иран к сотрудничеству. Решение проблемы, однако, всецело остается в руках иранского руководства.
Встреча в Москве международного «квартета» посредников по урегулированию ближневосточного конфликта, скорее всего, будет посвящена не собственно урегулированию данного конфликта, а поиску возможностей по влиянию на каждую из действующих сторон.
Несмотря на отсутствие сенсаций, 46-я Мюнхенская конференция по проблемам безопасности очертила круг основных проблем в области безопасности, стоящих перед мировым сообществом. Сразу после окончания конференции состоялось первое заседание комиссии в рамках предложенной Фондом Карнеги Евро-Атлантической инициативы в области безопасности (EASI).