Московский Центр Карнеги
В ходе нынешней войны в Сирии Иран остается твердым сторонником режима Башара Асада и вряд ли откажется от своей позиции в будущем. Необычайная прочность иранско-сирийского альянса еще больше поражает, если учесть, что в его основе не лежит совпадение национальных интересов или общие религиозные ценности: речь идет скорее о тактическо-стратегическом партнерстве двух авторитарных режимов.
Если Обама надеется на поддержку по Сирии и Ирану, ему необходимо без промедления прояснить свою позицию по этим двум вопросам и, главное, донести ее до всеобщего сведения, изложив соответствующие доводы.
Победа Хасана Рухани на президентских выборах в Иране — шаг по пути излечения страны от исламского революционаризма. Теперь на плечи Рухани легла исключительно трудная миссия — сохранение режима при одновременной его эволюции сразу по нескольким направлениям.
На президентских выборах в Иране победил Хасан Рухани, которого с долей условности можно назвать либералом. Это свидетельствует об исчерпанности на сегодняшний день консервативно-радикального курса.
Вероятность того, что в обозримом будущем какая-либо страна применит ядерное оружие, невысока. Однако остаются такие угрозы, как ядерный терроризм (хотя вероятность проведения ядерного теракта также оценивается как невысокая), диверсии или аварии на ядерных объектах, аварии при хранении или транспортировке ядерного оружия.
В связи с обострением арабо-израильского конфликта и нестабильностью в Египте военное вмешательство иностранных государств в дела Сирии стало гораздо менее вероятным, т. к. подобная интервенция сделает ситуацию на Ближнем Востоке совершенно неуправляемой. Однако в отношении Ирана по-прежнему вполне возможен не только мирный, но и военный вариант решения проблемы.
После своего переизбрания на второй срок Барак Обама продолжит начатый им курс на перезагрузку отношений с государствами Ближнего Востока, в то время как политика в отношении Ирана и Сирии будет жесткой. Мусульманский мир не един, и в целом отношения США с ним будут складываться очень непросто.
На ближайшие четыре года главным партнером для Москвы в Вашингтоне останется президент Барак Обама, переизбранный на второй срок. В целом он настроен по отношению к России гораздо более миролюбиво, чем Митт Ромни, и, судя по всему, российско-американские отношения будут развиваться относительно успешно и без особых обострений.
Внешняя политика и политика в области безопасности традиционно были «слабым местом» демократов, но достижения Обамы в этих сферах за время его нахождения в должности президента США являются впечатляющими.
Благожелательная позиция РПЦ в отношении Ирана — это преломление официального «особого» подхода российских властей к этому государству. К тому же РПЦ завидует ситуации в Иране, где страной управляют религиозные деятели и где влияние религии очень сильно. Но подобная ситуация невозможна в России: если в Иране ислам определяет политику, то в РФ Церковь — интерпретатор политики светской власти.