Московский Центр Карнеги
Турция и КНР совместно с Казахстаном, Азербайджаном и Грузией учредили консорциум по транспортировке грузов из Китая в Европу в обход РФ. Однако пока что подписан только меморандум о сотрудничестве между логистическими компаниями, намеревающимися доставлять грузы по этому маршруту. Нам пока не стоит волноваться, но это — неприятное напоминание: помимо транзита через РФ есть и другие маршруты.
Путин воспринял ситуацию со сбитым Су-24 как удар в спину; эмоции в данном случае возобладали, поэтому турки так и не смогли разрешить вопрос в рамках традиционной дипломатии. Но конфликт с Турцией для Путина — еще и прекрасный повод поддерживать бесконечную гибридную войну с целью мобилизации населения вокруг себя и укрепления своего рейтинга.
В РФ говорят о скорой войне с Западом, но это — лишь популизм. Однако несомненно то, что мир непредсказуем. Мы по привычке думаем, что правые не могут взять власть в Европе, а ИГ мы, конечно же, разгромим. Но Марин Ле Пен вполне может стать президентом; а исламизм будет существовать вечно, и связанный с этим феноменом конфликт (в том числе конфликт европейцев и мигрантов) пока решения не имеет.
Если Россия прекратит всерьез торговать с Турцией, то она потеряет примерно 10% торгового баланса.
На данный момент ни одна страна (в том числе ближневосточные режимы) не имеет ни ресурсов, ни желания полностью брать на себя ответственность за полноценное урегулирование, упорядочивание и улучшение ситуации на Ближнем Востоке — чтобы идеи радикального ислама, процветающие там, ослабели. Но последние теракты должны помочь странам прийти к пониманию, что же все-таки нужно делать.
РФ пытается восстановить статус великой державы. Если ее операция в Сирии будет продвигаться успешно, тогда отношения России и США улучшатся, особенно если начнется серьезная координация боевых действий. Но в случае неуспеха и усиления ИГИЛ отношения могут испортиться еще сильнее.
Чтобы побороть терроризм, нужны стратегические решения во взаимодействии с местными конструктивными силами, которые вместе с развитыми странами могли бы поменять порядок мироустройства на проблемной территории; также нужно абсолютно другое отношение к живущим там людям. Пока же люди оттуда бегут в Европу — но это хорошо для нее. России тоже нужны мигранты.
После терактов в Париже Путин получил определенного рода выигрыш. Но чтобы и дальше бороться против терроризма, придется, несмотря ни на что, объединяться. Правда, пока никто не хочет признавать терроризм как некий отдельный феномен, вернее — как пик этого феномена, за которым стоит идея и с которым все мы будем вынуждены жить и дальше.
После терактов в Париже, судя по всему, французское общество должно потребовать от государства более пристального надзора за мусульманской диаспорой и за всей страной в целом. Французы должны начать превентивно «чистить» собственную арабскую общину.
Кремль смещает тактические акценты своей внешней политики, чтобы сохранить антизападную стратегию.