Многие из тех, кто побывал в Киеве на финале «Евровидения», были удивлены, насколько мирным выглядел город в те дни. Однако отсутствие российской участницы, которой отказали в визе из-за выступления в Крыму, стало напоминанием о войне на востоке Украины – конфликта, в результате которого погибло около 10 тысяч человек, порядка 1,8 млн были вынуждены переселиться в другие регионы страны, а еще около миллиона бежали в Россию.

На этом фоне тем, кто остался в Донбассе, особенно жителям самопровозглашенных Донецкой и Луганской народных республик, уделяется недостаточно внимания. В ноябре – декабре 2016 года берлинский Центр восточноевропейских и международных исследований (ZOiS) провел опрос среди жителей Донбасса. В исследовании участвовали 1200 человек, живущие как на территории, контролируемой украинскими властями, так и в ДНР и ЛНР (в этом случае опрос проводился по телефону).

Исследование показало, что, несмотря не боевые действия, между жителями разных частей Донбасса не появилось четких этнических и политических границ, контакты вдоль линии фронта остаются интенсивными, а настроения на территориях, контролируемых Киевом, не похожи на те, что господствуют в других регионах Украины.

На вопрос, как события 2013–2016 годов повлияли на их идентичность, четверть респондентов в ДНР и ЛНР ответили, что теперь чувствуют себя «в большей степени русскими», а одна пятая жителей контролируемых Киевом территорий – что теперь считают себя «в большей степени украинцами». Но что интересно, 14% на «украинских» территориях и 20% в самопровозглашенных республиках сказали, что теперь еще сильнее чувствуют себя «и украинцами, и русскими». Большинство опрошенных (62% на подконтрольной Киеву территории и 45% в ДНР и ЛНР) отметили, что их идентичность вообще не изменилась.

На территориях, которые контролируются украинскими властями, мы провели личные интервью, чтобы внимательнее изучить самоопределение респондентов. 53% видят себя прежде всего «украинскими гражданами», и это почти столько же, сколько в 2012 году, – 54%. Таким образом, гражданская идентичность и до войны превалировала над этнической и региональной. При этом если пять лет назад только 7% и 4% респондентов на этой территории считали себя прежде всего «этническими украинцами» или «этническими русскими», то сегодня это 11% и 6% соответственно. Доля респондентов, обозначивших смешанную, «русско-украинскую» этническую принадлежность, выросла за пять лет с 4% до 7%.

Важное различие между территориями, подконтрольными Киеву и сепаратистам, касается именно восприятия украинского гражданства. В ДНР и ЛНР 54% сказали, что чувствуют себя в меньшей степени украинскими гражданами по сравнению с 2013 годом; 8% сказали, что теперь еще больше стали ощущать себя украинскими гражданами, а для 38% ничего не изменилось. То есть чувство гражданской украинской идентичности, силу которого недооценивали на Западе, оказалось во многом уничтожено в ходе конфликта.

Что интересно, мнения о причинах войны в контролируемой Киевом части Донбасса разделились: 37% винят Россию, 10% – Украину, 30% объясняют конфликт вмешательством Запада, а 23% видят в нем местную реакцию на действия украинских властей. На контролируемых сепаратистами территориях результаты, как ни странно, очень похожи, за исключением оценки роли России: 50% считают войну результатом западного вмешательства, 30% – реакцией местных жителей на действия Киева, 11% винят украинские власти, а 9% – Россию.

Главные разногласия у жителей двух частей Донбасса вызывает будущий статус ДНР и ЛНР. В контролируемой Киевом части Донбасса большинство (65%) считают, что эти территории должны остаться в составе Донецкой и Луганской областей без особого статуса; 26% считают, что им необходимо придать особый статус, и около 9% связывают будущее этих территорий с Россией.

В самопровозглашенных республиках мнения оказались неожиданно разнообразными: 21% хотят, чтобы эти территории остались в составе Украины без какого-либо особого статуса; 35% – чтобы они получили особый статус; 11% хотят присоединения ДНР и ЛНР к России на обычных основаниях, и 33% – чтобы они получили особый статус в составе России. Таким образом, респонденты делают больше упора на признание особого статуса территорий, а вот насчет того, считать ли их в принципе частью Украины или частью России, мнения делятся более-менее поровну.

По внешнеполитическим вопросам мнения жителей двух частей Донбасса довольно похожи: подавляющее большинство не хотят, чтобы Украина вошла в НАТО. Удивительно, но отношение к Евросоюзу не лучше. Против вступления Украины в ЕС 72% на контролируемой правительством территории и 82% в ДНР и ЛНР.

В целом очевидны два тренда. Во-первых, по многим вопросам, типа самоидентификации, причин конфликта и отношения к ЕС, мнения в двух частях Донбасса не так уж сильно отличаются. Во-вторых, спектр мнений среди жителей ДНР и ЛНР куда шире, чем можно было подумать. Важно, чтобы украинские, российские и западные политики обратили внимание на смешанную идентичность жителей Донбасса и на разнообразие мнений по поводу будущего статуса самопровозглашенных республик.

Английский оригинал текста был опубликован в Strategic Europe, 16.05.2017