Московский Центр Карнеги
Володин — политик и карьерист. И карьерист он потому, что политик, и наоборот. В нем есть специфическое содержание — его бесцветность скрывает подземный пожар. Он — идеальный аппаратно-политический продукт эпохи позднего Путина.
После выборов в Госдуму наступает время по-настоящему непопулярных мер — только имеющих отношение не к реформам с долгосрочными полезными эффектами, а к извлечению дополнительной ренты из населения.
Болотная не исчезла, виртуально она остается в головах у многих. Протест стал локальным. Множество локальных протестов по схожим поводам рождает новую межклассовую социальную группу.
Глухота и неподконтрольность власти приведут к тому, что социальные конфликты станут основным содержанием следующего срока президента Путина. Для власти, если она хочет себя сохранить, прагматическое поведение – это начинать все-таки слушать людей.
К 2019 году российская экономика окажется там же, где была 20 лет назад, но на настроения граждан это может никак не повлиять. Большинство россиян не связывают плохую экономику и политические решения.
Атмосфера нетерпимости, которая культивируется в нашей стране в последние годы, делает возможными и убийства политиков, и посадки молодых людей, отстаивающих свои личные взгляды на мир.
Протестный ресурс населения распределяется между несколькими привычными партиями. «Знак качества» от Эллы Памфиловой создает впечатление, что выборы являются конкурентными, но это всего лишь борьба нанайских мальчиков.
Символические войны не должны прекращаться ни минуту, иначе начнет проседать рейтинг одобрения деятельности первого лица: он жестко привязан к военно-полевым мероприятиям по возрождению в населении чувства великой державы. Состояние перманентной мобилизации внутри осажденной крепости требует повтора ритуалов предвоенного состояния.
Руководитель программы «Российская внутренняя политика и политические институты» Московского центра Карнеги и колумнист газеты «Ведомости» Андрей Колесников в ходе форума имени Кафки и Оруэлла рассказал о том, что развал советской империи не закончился, а начался в 1991-м.
Советской власти нет, но «совок» впитан в кровь, почву, привычки, суждения, модели поведения и выживания, в политическую культуру и просто культуру. Причина в том, что декабрь 1991 года был не концом империи, а точкой начала ее настоящего развала. И этот развал не закончился.