Московский Центр Карнеги
Ислам распространяется на восток и север России, сопровождаясь проникновением на эти территории религиозного радикализма. Растет межэтническая напряженность. Необходимо предотвращать рост радикализма, а также ограничивать и контролировать потоки внутренних и внешних мигрантов.
Казавшаяся необратимой секуляризация мира начинает переживать кризис. Это заметно и на Западе, но особенно откат секуляризма ощутим в социумах государств Евразии, в том числе в России. Религия участвует в разрешении социальных проблем, возвращается в политику.
Хотя напряженность из-за Украины неизбежно бросает тень на отношения России и Турции, у обеих стран (хотя Турция входит в НАТО) сохраняется целый ряд важных общих интересов. В регионе, простирающемся от Южного Кавказа и Леванта до Центральной Азии и Афганистана, существует немало сфер, где Россия и Турция могут сотрудничать.
Время и форма транзита власти в Узбекистане остаются неопределенными. Вопрос о преемнике нынешнего президента Ислама Каримова пока не стоит. Видимо, Каримов примет участие в президентских выборах 2015 г., победа на которых будет ему обеспечена.
Настоящее Афганистана нестабильно, а будущее не определено. Потенциальные угрозы и риски, связанные с Афганистаном, беспокоят соседние страны и международное сообщество в целом. В то же время сокращение американского военного присутствия и ослабление интереса США к Афганистану означают повышение роли и возрастание ответственности других великих держав и соседних с Афганистаном стран.
Перед президентом Таджикистана Эмомали Рахмоном стоят сложные задачи: проведение экономических реформ, борьба с наркотрафиком, противостояние религиозным экстремистам. В этих условиях поддерживать высокий уровень стабильности становится все сложнее. Однако стабильность крайне необходима Таджикистану, особенно в связи с выводом войск международной коалиции из Афганистана.
Казахстан приближается к транзиту власти — передаче ее новому лидеру. Правда, политический транзит в стране затянулся, и чем дольше вопрос о передаче власти будет находиться в отложенном состоянии, тем больших осложнений можно ожидать.
Стратегический выбор стран Центральной Азии не связан с каким-то единственным партнером, а заключается в многовекторности, означающей поддержание и развитие отношений сразу с несколькими центрами силы: Россией, Китаем, США, Европой, мусульманским миром. Россия должна понять, что ее политика в данном регионе и на постсоветском пространстве вступила в качественно новый этап.
Российское общество пробуждается и переходит в контрнаступление против авторитаризма путинского образца. Это пробуждение может привести к преобразованию нынешнего режима в систему, основанную на верховенстве закона. Но для этого необходимо непрекращающееся давление снизу, инклюзивность политического процесса и ответственное поведение верхов.
Узбекистан видит себя в качестве региональной центральноазиатской державы, и ситуация в регионе действительно во многом определяется тем, как складывается обстановка внутри этой страны. Именно с позиции регионального лидера Ташкент пытается выстраивать отношения как с соседями, так и с внешними игроками.