Московский Центр Карнеги
Можно ли решить проблему беженцев в Европе без России? Чем важна планируемая встреча Путина и Обамы на Генеральной ассамблее ООН? Возможен ли обмен нормализации отношений на забвение некоторых эпизодов прошлого? Станет ли 2018 год поворотным в истории отношений России и Запада?
Операция «антисанкции», причины которой как сторонники, так и противники российской власти ищут в эмоционально-идеологической сфере, удачно оказала значительную поддержку дружественным власти бизнесменам, лояльным странам, наконец — силовым структурам: то есть всем существенным партнерам власти.
Москва не хочет эскалации противостояния с Западом в Сирии выше нынешнего уровня без каких-либо веских — по мнению Кремля — причин. В целом поведение РФ на Ближнем Востоке в значительной степени является оборонительным; ее попытки нанести урон Западу на ближневосточной «площадке» — одиночные и в основном неумелые; свобода маневра ограниченна.
Западу пора пересмотреть свою позицию по судьбе Асада: сейчас наибольшее зло — «Исламское государство», а устранение от власти Асада только ухудшит ситуацию.
Мировым державам угрожает один и тот же враг — «Исламское государство». Хотя США возмущены текущей политикой РФ в отношении Сирии и вряд ли поддержат план Путина по созданию большой коалиции против ИГ с участием Москвы, Тегерана и Дамаска, определенная степень координации по данному вопросу — и вообще по сирийской проблеме — была бы целесообразна.
Появились робкие надежды, что РФ и США договорятся по сирийскому вопросу, хотя, конечно, объединять усилия надо было раньше. Главное препятствие на пути договоренности — фигура Асада. Должна быть найдена промежуточная позиция: что РФ от Асада не отказывается, а ее оппоненты признают, что прямо сейчас от него избавляться нельзя.
Появление российских военных в Сирии только усилит напряженность между Москвой и Западом: такая акция РФ будет рассматриваться не как вклад в борьбу с ИГ (запрещено в РФ), а в первую очередь как поддержка Асада. Непосредственное же вступление в войну может восстановить против России и местное общество.
Экономическое сотрудничество с Китаем развивается, хотя цифры, в которых оно выражается, падают. Более прочное «связывание» двух стран — долгий процесс, во многом зависящий от того, как долго будет держаться режим санкций в отношении РФ. Противостоять Западу Китай в этом вопросе не намерен, и если санкции ужесточатся, то китайцы, скорее всего, их в основном будут соблюдать.
Проблемы европейской безопасности существовали и раньше, а в свете украинского кризиса крайне обострились. Что делать? Какие пути избрать для укрепления архитектуры европейской безопасности?
В России — системный кризис. Уже пятнадцать лет в стране последовательно строится экономика, которая не хочет работать без постоянно увеличивающихся вливаний нефтяных денег. Если власть не будет проводить серьезные структурные реформы, кризис будет прогрессировать.