Московский Центр Карнеги
История России и нынешние авторитарные тенденции, разумеется, повлияли на отношение граждан ко всему частному. Московский Центр Карнеги и Левада-Центр провели исследование отношений россиян к частной собственности. Результаты были проанализированы и опубликованы. Но что-то осталось «за кадром». Мы попросили одного из авторов — Андрея Колесникова — ответить на несколько вопросов.
Кремлю действительно было бы выгодно заключить сделку с новыми звездами, но ему абсолютно нечего дать им в обмен на лояльность. Вся популярная молодежная культура возникла вопреки политике властей и в пику любой культуре, которая существует в Государственном Кремлевском дворце или на новогодних огоньках телеканалов
Партийная элита теперь будет зажата между двумя избирателями – Путиным, на которого ориентируются кураторы внутренней политики, и народом, который все чаще выражает свое недовольство протестным голосованием на выборах. И чем активнее Кремль будет строить из «Единой России» корпорацию, тем чаще единороссы будут поглядывать в сторону простого избирателя, уже доказавшего свою способность преподавать власти уроки
Молодое поколение управляется не только кнутом, но и пряником — привлечением на свою сторону, приглашением прокатиться на социальном лифте со всеми удобствами, заигрыванием с молодежными субкультурами.
Насколько адекватно применение корпоративных методов управления с планированием, KPI и тимбилдингом во внутренней политике и тем более в кризисной ситуации? Пока такой шаг выглядит очень спорным: политика – это в первую очередь диалог и компромисс, а не жесткие корпоративные правила. В ней слишком много возможностей, она нелинейна. Успешные и необходимые с точки зрения власти меры (та же пенсионная реформа) могут быть восприняты обществом резко негативно
Милитаристская идентичность – последний патрон российского политического режима, но патрон холостой. Эксплуатация сакрального – приватизация группой лиц памяти о Великой Отечественной – все еще рабочий инструмент, но милитаризм как таковой теряет свою мобилизационную силу и консолидирующую энергию.
Когда жильцы дома обороняют свой двор, сквер, парк, они защищают не исключительно свое, а нечто общее – общее для некоторого сообщества людей, сосуществующих рядом, в одной экосистеме, до поры до времени не замечавших друг друга.
Государство охотно отдает на аутсорсинг неприятные функции, а взамен поддерживает аутсорсинговых персонажей.
Вместо того чтобы спокойно отступить и без лишнего шума сдать второстепенный регион оппозиционеру, которому бы все равно пришлось встраиваться в существующую вертикаль, центр решил уточнить у избирателей, действительно ли они готовы поддерживать кого угодно, только не кандидата от власти. И получил неприятный ответ: да, действительно
Публично большинство россиян не готовы признать вмешательство России в дела других государств. Но в менее официальных разговорах такое вмешательство допускают гораздо большее число людей, чем показывают опросы. Большинство россиян осознанно воспроизводят официальные версии из госпропаганды, даже если сами не верят в их подлинность, потому что они чувствуют себя не сторонними наблюдателями, а участниками информационного противостояния России и Запада