Азербайджан называют страной, расположенной на стыке двух цивилизаций – европейской и азиатской. Но чем дальше, тем больше в этом утверждении только географии и все меньше реального содержания. Одна из самых богатых республик бывшего СССР, хоть и остается до сих пор участником Совета Европы и Восточного партнерства ЕС, все сильнее отдаляется от демократии и гражданских свобод. На западном берегу Каспия оформился режим, неотличимый от своих соседей на берегу восточном: жесткое авторитарное государство с культом вождя, минимумом реальной политической борьбы, коррумпированной правящей верхушкой, ворохом проблем с соседями и ресурсоориентированной экономикой. А прошедший в Азербайджане 26 сентября референдум об изменениях в Конституции окончательно закрепил за страной ее среднеазиатский статус.

О земле и президенте

Поправки в Основной закон республики предложил сам президент Ильхам Алиев, унаследовавший пост от отца Гейдара Алиева в 2003 году. С тех пор действующий глава государства трижды избирался президентом (2003, 2008 и 2013), поскольку местное законодательство и до нынешнего референдума не ограничивало количество президентских сроков. Так же, как нет такого ограничения в конституциях Узбекистана, Казахстана, Таджикистана и Туркмении.

Главными поправками, вынесенными на голосование, стали увеличение президентского срока до семи лет; отмена ограничений по возрасту для кандидатов в президенты; введение должности первого вице-президента (к которому, согласно новой редакции Конституции, переходит власть в случае досрочного прекращения полномочий действующего главы государства) и вице-президентов; снижение возрастного ценза для избрания в парламент с 25 до 18 лет.

Всего же граждане Азербайджана голосовали по 29 пунктам: помимо уже перечисленных изменений, они наделили главу государства правом распускать парламент и объявлять внеочередные президентские выборы. Явка на референдуме составила почти 70%, а количество поддержавших ту или иную поправку варьируется от 83% до 91%. Больше всего голосов за собрала отмена возрастного ценза для кандидатов в президенты, президентское право распускать парламент и продление президентских полномочий. В целом все эти цифры вполне укладываются в политическую традицию постсоветской Азии – там инициативы властей принято поддерживать единогласно.

«Азербайджан выбрал стабильное будущее», «Изменения в Конституцию Азербайджана защитят демократию и обеспечат стабильность» – такими заголовками заполнены официальные азербайджанские СМИ после подсчета голосов. При этом референдум поддержали не только наблюдатели от СНГ и Парламентской ассамблеи тюркоязычных стран, но и представители Евросоюза. И в региональном комитете ЕС, и в ПАСЕ приняли итоги голосования, назвав его легитимным. С другой стороны, состояние демократии в монархиях Персидского залива европейцев тоже не особенно беспокоит.

В самом Азербайджане протесты против референдума тоже прозвучали слабо, хотя представители оппозиции и заявляли о многочисленных нарушениях в ходе голосования. Результаты прошедшего плебисцита под вопрос уже практически не ставятся – парламент в стране полностью контролируется пропрезидентской партией «Новый Азербайджан», а от возможного недовольства переписыванием Конституции власти оградили себя заблаговременно, отправив в августе под арест тех оппозиционеров, кто теоретически мог потрепать им нервы.

Тогда за арестованных вступились США, которые, помимо всего прочего, настаивали на том, чтобы поправки, вынесенные на референдум, были согласованы с Венецианской комиссией Совета Европы и Бюро по демократическим институтам и правам человека (БДИПЧ), входящим в ОБСЕ. Венецианская комиссия, ознакомившись с поправками, сделала вывод, что они лишь усугубят дисбаланс во власти, укрепив ее исполнительную ветвь в ущерб законодательной. В Баку заключение комиссии назвали «политическим заказом».

При этом о санкциях против Баку за нарушение гражданских свобод в Вашингтоне задумались еще в декабре прошлого года, когда председатель Хельсинкской комиссии США, конгрессмен Крис Смит представил «Акт о демократии в Азербайджане». Данный документ предусматривал введение визовых ограничений для членов правительства республики, крупных бизнесменов, сотрудников органов безопасности, силовых структур и судебной власти. Проект закона предполагал также введение финансовых санкций. До принятия акта дело так и не дошло, но теперь любая американская критика воспринимается в Баку крайне болезненно, а местных оппозиционеров сторонники власти по российской традиции записали в «агенты Госдепа».

Эти же сторонники, говоря о последних конституционных изменениях, предпочитают концентрировать внимание на вопросах, далеких от политики. Например, на том, что теперь государство получило право изымать у собственников неиспользуемые земельные участки с возмещением владельцу их рыночной стоимости. Как считают в парламентской фракции партии «Новый Азербайджан», эта норма позволит решить проблему дефицита пахотной земли в стране.

Гейдар II

Между тем опасения американцев по поводу состояния демократии в Азербайджане небеспочвенны. Понятно, что вопросы землепользования азербайджанские власти могли бы без труда решить так, как им нужно, и без референдума. Всеобщее голосование было нужно для того, чтобы изменить статьи Конституции, которые касаются президента. Прошедший референдум, по всей видимости, должен помочь Азербайджану не только догнать, но и перегнать режимы соседней Средней Азии в области политического устройства. 

Поправками в Конституцию Ильхам Алиев прежде всего сделал возможной передачу власти по наследству своему сыну, названному в честь деда Гейдаром. Сейчас Алиеву-внуку 19 лет, следующие выборы главы государства состоятся в 2018 году, и к концу очередного президентского срока отца Гейдару будет уже 28 лет – согласно поправкам, он вполне сможет баллотироваться в президенты, если глава семьи решит уйти на пенсию. К слову, карьеру себе Алиев-младший выбрал связанную с политикой – в 2013 году поступил в Дипломатическую академию Азербайджана и, по отзывам однокурсников, учится на «отлично». Сам Ильхам Алиев в свое время окончил МГИМО.

Обосновывая поправки в Конституцию, снижающие возрастной ценз для кандидата в президенты, один из лидеров «Нового Азербайджана», Али Ахмедов не скупился на исторические аналогии, приводя в качестве примеров успешных юных руководителей Александра Македонского, Наполеона и шаха Исмаила Хатаи. Последний правил шиитской Персией в XVI веке и считается в Азербайджане национальным героем – неплохой пример для Гейдара Алиева II.

Коррективы в планы семьи Алиевых, конечно, может внести экономический кризис. До падения цен на углеводороды, продажа которых обеспечивает более 90% доходов от экспорта Азербайджана, экономика республики показывала рост и страна по большинству экономических показателей была лидером на постсоветском пространстве. Но в прошлом году ВВП Азербайджана вырос всего на 1,1%, а по итогам первого полугодия 2016-го показал спад 3,4% (падение за год ожидается в 2,5%). Так или иначе, снижение уровня жизни неизбежно отразится на благополучии и популярности правящего клана. Причем не исключено, что ведущую роль в борьбе против Алиевых будут играть силы не демократического, а националистического толка. Неразрешенный конфликт с Арменией вокруг Нагорного Карабаха постоянно подпитывает силы радикальных националистов, которые в Азербайджане намного влиятельнее, чем в республиках Средней Азии. 

Скорее всего, именно опасения перед грядущими трудностями и заставили Ильхама Алиева заранее и окончательно урегулировать вопросы престолонаследия. Глядя на сложности Узбекистана, где все гадали, что же случится со страной после смерти Каримова, Ильхам Алиев решил избавиться от этого потенциального источника нестабильности для Азербайджана. И избавился, как смог – оформил полноценную правящую династию. Совершенно не обязательно, что он собирается уйти с президентского поста в 2025 году и передать власть сыну. Просто теперь ни у кого не возникает вопросов, что будет с Азербайджаном, если вдруг с президентом Алиевым что-нибудь случится. Будет президент Алиев.