Московский Центр Карнеги
Макрон прав в том, что сегодняшняя Европа «потеряла нить своей истории», забыла о том, что она не только рынок, но и прежде всего политический проект и сообщество. В сущности — сильно расслабилась.
За тридцать лет после падения Берлинской стены страны восточного блока далеко ушли от России по приверженности ценностям демократии и рыночной экономики.
Общество, не стремясь к революции, тем не менее готово к переменам и хотело бы подтолкнуть к ним государство.
Для сегодняшней российской национальной памяти Ленин не Франко. «Наш» Франко — это Сталин.
Cтранным образом государство оказалось более жестоким и нетерпимым именно по отношению к гражданскому обществу, которое она безнадежно путает с оппозицией. Кажется, государство хочет открытого конфликта с активными гражданами, — не фиктивными, а реальными.
Лепить государственную идеологию приходится с миру по нитке из мифологизированной и упрощенной истории, где есть враги, но они либо повержены, либо их настигнет в дальнейшем страшное возмездие.
Российская идентичность в последние годы конструируется как негативная — это тот же комплекс неполноценности, перемешанный с чувством превосходства.
Помощник президента Владислав Сурков назвал «путинизм» «хорошо работающим методом властвования», и пресс-секретарь президента поддержал такое мнение. В чем же состоит этот метод и так ли уж он эффективен в России?
Тома (и тома) Пикетти – это Маркс за пять минут. Несмотря на то, что в его книге 1232 страницы.
Существенная часть элиты напряженно ожидает 2024 год лишь из-за того, что необходимо подготовиться к любому решению о транзите власти, которое будет принято очень узким кругом лиц.