Московский Центр Карнеги
Уход России из Сирии не подводит черту. Это один из приемов ведения российской политики, российской военной политики на Ближнем Востоке и, в частности, в Сирии. Это не завершение процесса, это один из этапов.
На данный момент консенсус между странами ближневосточного региона невозможен. А рычаги давления России и Америки на своих региональных партнеров по сирийскому конфликту сильно ограничены.
Сейчас в России идет возврат к традиционным ценностям и скрепам по многим направлениям, в том числе армии. Новый этап в отличие от предыдущего состоит в том, что восстанавливаются некие отмененные до этого элементы советской армии.
Исламизм — это тренд в мусульманском мире, сторонники которого борются за исламскую альтернативу. Исламского государство — это утопия, но люди будут в это верить, и будут за это бороться.
Во внешней политике 2016-й год для России, для Путина лично будет решающим. Потому что в случае провала на Ближнем Востоке распространить свое влияние за пределы бывшего СССР у России уже вряд ли получится.
Внешняя политика РФ определяется Путиным, у которого есть две важнейшие цели. Его внутренняя задача — сцементировать Россию и не дать ей распасться, а внешняя цель — вернуть РФ в ряд первоклассных мировых держав, что и реализуется сейчас, в числе прочего, в Сирии. Но вот конфронтация с США, как и отчуждение с Европой, по причине фундаментальных расхождений будет долгой.
Сейчас у России нет внешнеполитического генерального плана. Надо очень внимательно оценить ситуацию и ресурсы и выработать такой план, исходя одновременно из национальных и глобальных задач.
Развитие сотрудничества РФ и Ирана — важный шаг: даже сейчас, на данном уровне сотрудничества, товарооборот идет в пользу России. При этом не стоит бояться, что Иран станет нашим конкурентом в области поставок энергоресурсов на мировой рынок: у него для этого пока что нет реальных возможностей.
В 2016 году России не грозит втягивание в серьезную войну, потому что ядерное сдерживание реально работает; страну не разрушат и низкие цены на нефть, потому что нынешняя система довольно гибкая; а достигший немыслимых размеров образ врага будет скукоживаться — более того, уже сейчас РФ пытается «откатить назад» и стать ближе к мировому сообществу.
Россия и США попали в тяжелое положение, но хорошо, что Лавров и Керри понимают необходимость урегулирования ситуации, — в данный момент речь идет в первую очередь о Сирии. Однако при внешнем урегулировании нужно учитывать еще и «местный» фактор: как впоследствии поведут себя многочисленные силы, общества и страны региона? Пока что этот фактор недооценен.