Московский Центр Карнеги
После двух месяцев проб и ошибок власть, похоже, начала определяться и очерчивать красные линии. Малейшее физическое сопротивление властям по-прежнему жестко карается, но на откровенные фальсификации силовики не решились, потому что играют с президентом, а не с обществом. Затормозило репрессии и недовольство гражданской части элиты, околопрезидентского бизнеса, испугавшегося за попытки силовиков пересмотреть статус-кво
Закрытой признается любая информация без разбору: от действительно секретных данных о военных разработках до необходимых обществу сведений, типа уровня радиации в городах и имен тех, кто погиб или пострадал в результате аварии. Официальное признание гибели людей, с именами и почестями, могло бы стать поводом для гордости и хорошим прецедентом, но власти до сих пор не сделали этого после взрыва под Северодвинском – неизвестно даже точное количество пострадавших
Дело будет, дело есть, и 84 следователя не зря едят свой хлеб. Вопрос теперь, кого и на сколько посадят. Решать это не следователю, не прокурору и не судье. Решать это будет политическая целесообразность. Если сочтут нужным напугать всех перед выборами, посадят как следует – сроки будут лет по пять-восемь. Решат отпустить рядовых с миром – обойдется тремя-четырьмя годами, а то и «двушечкой»
Проблема столкновения птиц с самолетами существует уже более 100 лет. Но до сих пор нет гарантированных способов ее решить. На разных этапах производители двигателей и самолетов, авиакомпании и аэропорты лишь снижают вероятность столкновений или серьезность последствий
Вопрос о роли России как государства, конечно, имеет отношение к ответственности конкретных лиц, поскольку они, по версии следствия, были встроены в цепочку субординации, где занимали промежуточное положение между начальниками в кабинетах и теми, кто нажимал кнопку злополучного «Бука». Вместе с тем, даже если суд придет к выводу о вине четверки, это не будет автоматически означать ответственность России как государства
Если Кремль хочет стабильности, начинать наводить порядок надо не с общества, а с тех, кто за ним приглядывает
Это не гуманизация, а рационализация системы. Но рациональное обычно еще и гуманней
Понятно, что наркобароны действительно существуют. Но пока все заняты фальсификациями и борьбой за показатели, они живут спокойно. Ведь их дела надо расследовать, настоящие – они умные и осторожные
Катастрофы случаются и с другими самолетами, но Sukhoi Superjet 100 давно вышел из категории «авиационная техника», став неким общественно-политическим символом надежд и разочарований. Проект, запущенный почти 20 лет назад, из красивой мечты о покорении мира превратился во всеобщий раздражитель. Ощущение, что от SSJ устали все – чиновники, авиакомпании, пассажиры. Стоит честно задаться вопросом: быть или не быть суперджету дальше? По крайней мере в том образе, к которому все привыкли
Защита Серебренникова, как и все остальные более или менее сложные сюжеты российской жизни, строилась на уповании на изменение позиции главы государства, что лишний раз подчеркивает авторитарно-персоналистский характер российского политического режима.