Московский Центр Карнеги
Москва в последние годы старается использовать тему военного сближения с Пекином, чтобы испугать Запад перспективой формирования китайско-российского блока и заставить смягчить политику в отношении РФ. При этом ни ЕС, ни отдельные страны Европы, вроде Германии, не смогут приостановить российско-китайское сближение без скоординированной работы с США
Пекин показал, что будет и дальше жестко регулировать рынок, ограничивая частную инициативу там, где видит угрозу социальной стабильности.
Нынешняя ситуация во многом похожа на предыдущие две революции, но есть и отличия. Одно из главных – нежелание мировых и региональных держав вмешиваться в киргизские события
Китайский механизм санкций лишен главного элемента, который делает аналогичный инструмент столь мощным в руках Вашингтона,— возможности накладывать вторичные санкции под угрозой отключения от мировой финансовой системы.
Ожидать, что финансовый «большой брат» из Китая поможет России в случае одновременных жестких санкций со стороны США и ЕС, не приходится.
Для России быстрое восстановление и рост в Китае — одна из немногих хороших новостей.
Восстановление после эпидемии будет болезненным и долгим: и для Китая, и для его торговых партнеров.
Пекин не оставляет без ответа обвинения США и их союзников в том, что упустил начало пандемии. От исхода этой PR-войны во многом зависит отношение к Китаю после кризиса.
Коронавирус и его последствия заставят Россию и Китай сближаться куда более стремительно, чем было бы комфортно для двух стран, между которыми все еще высок уровень недоверия. Но несмотря на все отрицательные последствия, в краткосрочной перспективе у России нет другого выбора, кроме еще большего сближения с Китаем
Возобновление экономики — во многом вынужденная мера, поскольку Китай не может оставить без источника заработка миллионы людей, в стране просто начнутся бунты.