Московский Центр Карнеги
С одной стороны, российская власть с определенным успехом модернизирует вооруженные силы; с другой стороны — она, как и прежде, склонна видеть вокруг себя только врагов, а не друзей. Кремлю стоит пересмотреть свое стратегическое видение ситуации — и в первую очередь демилитаризировать отношения с США.
В случае избрания Ромни осложнения в российско-американских отношениях возможны, но российское направление внешней политики не будет для Ромни приоритетным. В то же время политика Москвы по отношению к США должна быть стратегической, активной и определяться российскими интересами, а не стремлением в очередной раз «дать отпор» Вашингтону.
Москва и Вашингтон должны сотрудничать по вопросам международного значения, таким как Иран и Сирия. Но если США и Россия не смогут наладить сотрудничество, их взаимное отчуждение усугубится, региональные кризисы продолжатся, и даже стратегический баланс в сил в мире может измениться.
ОДКБ так и не превратилась в современную систему безопасности стран-участниц. Чтобы эта организация справилась с вызовами, которые возникнут после вывода частей НАТО из Афганистана, необходимо фундаментальное изменение подхода к ОДКБ и ее реформа. Вопрос же взаимодействия с США и НАТО для ОДКБ вторичен.
Последние события и заявления дают надежду на мирное решение иранской ядерной проблемы. Это означает, что либо война действительно становится всё менее вероятной, либо, наоборот, развитие событий подошло к порогу, за которым применение силы становится неизбежным.
Решение Путина не ехать на саммит «Большой восьмерки» говорит о том, что формирование нового кабинета для него приоритетнее: это не формальность, а уравновешивание сил различных кланов, распределение денежных потоков и решение вопросов о том, кто что контролирует. Это крайне важно для стабильности в рядах российской элиты, и Путин здесь незаменим.
Китай активно инвестирует в Европу; также КНР и Европа — крупнейшие торговые партнеры. Российско-китайская торговля скромнее по масштабам, но тем не менее КНР — главный торговый партнер РФ и все более активный инвестор. В этих условиях сбалансированность отношений с КНР и формирование реальной экономической взаимозависимости с этой страной — вопросы национальной безопасности России.
Пророссийская внешнеполитическая ориентация Южной Осетии, Абхазии и Приднестровья не подвергается сомнению, но эти территории не приемлют вмешательства Москвы в их внутренние дела, что доказали, в частности, выборы в Южной Осетии. Москве нужно перестать навязывать своих ставленников и без того пророссийскому населению и сосредоточиться на урегулировании застарелых конфликтов.
Избрание Владимира Путина президентом РФ стало завершением первого этапа пробуждения России, но Россия по-прежнему находится в движении: начинается новый этап политического пробуждения страны. Главный вопрос заключается в том, осознают ли различные российские политические силы, вовлеченные в этот процесс, меру своей ответственности.
Сегодняшняя РФ не обладает имперским ресурсным потенциалом; она имеет возможности для интеграции с постсоветскими странами, но только на экономической основе, и не может строить новый политический союз с ними. Но такая ситуация — шанс для России: надо заниматься собственным развитием, а не стремиться доминировать в мире.