Московский Центр Карнеги
Основные политические задачи Турции в Черноморском регионе можно охарактеризовать как стремление к обеспечению политической и военной безопасности в регионе. Турция позиционирует себя в качестве ключевого игрока и самостоятельного силового полюса.
Приостановка процесса нормализации отношений между Арменией и Турцией связана с несогласием в среде турецкой элиты и недостаточными усилиями по убеждению Азербайджана в том, что соглашение между Арменией и Турцией представляет в долгосрочной перспективе ценность для самого Баку — оно поспособствовало бы разрешению карабахского конфликта.
Нападение боевиков на чеченский парламент — очередной удар по Рамзану Кадырову. Всё более очевидно, что его жесткие методы подавления противников не обеспечивают ему окончательного успеха. Рамзану придется задуматься о том, что ему следует полагаться не только на «кнут», но и на «пряник».
Президент Карачаево-Черкесии Борис Эбзеев реально пытается решить проблемы республики и в целом справляется со своей работой. Для республики важна проблема баланса между черкесами и карачаевцами во власти, но черкесский вопрос также подразумевает стремление к созданию отдельной черкесской автономии и недопустимость проведения Олимпиады на месте черкесских могил.
Нападение на чеченский парламент — продолжение тенденции, начавшейся еще в прошлом году и свидетельствующей о латентной гражданской войне на Северном Кавказе. Стало ясно, что нормального контроля над ситуацией в Чечне нет. На политической устойчивости Кадырова это не отразится, но каким-то образом федеральный центр отреагирует.
Главная причина нестабильности на Северном Кавказе — это бездарная политика властей. В регионе идет не война с бандитами, а борьба с политической и религиозной оппозицией, наличие которой власть признавать не хочет, т. к. она сама создала эту ситуацию. Было бы хорошо сделать эту оппозицию легальной, но в ближайшее время это невозможно.
Когда президентом Ингушетии был назначен Евкуров, ожидания были более чем велики, и он действительно предпринимал нестандартные шаги в поисках консенсуса. Но мягкие методы Евкурова не работают, поскольку в экономике ничего не изменилось, а исламо-радикальная оппозиция не пошла на контакт. Это можно назвать ингушской трагедией.
Дмитрий Тренин пишет о необходимости использования Россией «мягкой силы», чтобы посредством постепенных шагов по нормализации отношений вновь завоевать симпатии грузин: в числе прочего можно начать обсуждать варианты урегулирования статуса Абхазии и Южной Осетии. Сергей Маркедонов отвечает: предложенные Дмитрием Трениным варианты не будут востребованы в нынешних условиях.
В Кабардино-Балкарии все сильнее укрепляет позиции исламизм, выражающийся в протестных выступлениях в религиозной форме, и этот фактор нельзя игнорировать. В республике также присутствует межнациональное напряжение, идут призывы к решению черкесской проблемы и пересмотру границ. Один из путей смягчения межэтнических трений — решение экономических вопросов.
Москва считалась эксклюзивным регионом, но после отставки Лужкова остался только один такой регион — Чечня. Рамзан Кадыров с его демонстрацией самостоятельности во многом похож на Лужкова. Однако глава Чечни тоже однажды может сойти с политической сцены — и это, похоже, как и в Москве, не приведет к каким-либо чрезвычайным последствиям.