Московский Центр Карнеги
Кадровые перестановки в силовых структурах, оживление либерально-лоялистского крыла и даже «праймериз «Единой России» — это все подготовка новой политической композиции — 2018 и, как говорилось в документах КПСС, «на период до 2024 года».
У нынешней электоральной кампании две интриги: станут ли эти выборы исключительно тестированием поддержки Путина-2018 и до какой степени честными/нечестными они будут. О содержании людей, программ, идеологий не говорит никто.
Вероятно, срок действия и хранения уроков 1990-х — начала 2000-х закончился. Нынешнее поколение российских людей заново будет учиться на своих ошибках.
Понятие «непредсказуемости» восточного соседа включает в себя и неясность с развитием России после 2018 года. И так ли уж необходимо будет членство в НАТО для Финляндии и Швеции в случае развития в долгосрочной перспективе даже если и не оптимистического, то инерционного сценария – большой вопрос
Коктейль из комплекса неполноценности и вечной оскорбленности, чувства осажденной крепости, стокгольмского синдрома по отношению к Путину, из Сталина, изображаемого на плакатах и «отливаемого в граните», военной мощи и крестного знамения и есть новая русская идеология.
Приватизация нынешней властью Победы и пропагандистское превращение всех новых войн, включая сирийскую кампанию в прямое продолжение Великой Отечественной, вместо консолидации нации раскололи ее.
Строго говоря, сегодняшнему политическому режиму в принципе не нужна Конституция. Даже не только потому, что смысл ее искажен практикой. А потому, что ее никто не замечает. Потому, что она забыта. И какую гадость ни сделай — все ей соответствует.
Кто-то говорит об инволюции, обратном движении режима назад, к советской власти. Кто-то − о том, что это не инволюция, а эволюция – к большей авторитарности. Иные ждут революцию, обнаруживая в гражданском активизме нуклеус перемен. В России, впрочем, нередко побеждает инерционный сценарий, когда общий интерес совпадает с интересом автократа: ничего не будем трогать, а то как бы не стало хуже
Русский мир превратился в супермаркет, но в нем бойко торгуют внешними и внутренними угрозами, как русским суверенным попкорном и древнеславянской, настоянной на скрепах кока-колой.
Чтобы возникло нормальное общество и вернулось доверие, необходимы нормальные конкурентные выборы, регулярная — без этой игры в преемников и в «два срока подряд» — сменяемость власти.